Школьные окна как будто чуть-чуть погрустнели,
Старые двери как будто сильнее скрипят.
Мы оперились и, став на крыло, улетели,
Только с годами всё чаще нас тянет назад.
Деревья, улицы, дома,
Наверно, помнят наши лица,
Мы разъезжались по столицам,
Сходили от любви с ума.
Словно по весне скворцы,
Мчимся к берегу родному,
К родной земле, к родному дому,
Спешим хоть на денёк в Клинцы.
Вот наш Бродвей, по которому больше не бродят.
Улица та же, но запах как будто другой,
И патефон по ночам во дворах не заводят,
Это из детства и юности нашей с тобой.
Парк городской нас встречает всё той же аллеей,
Старые липы приветно листвой шелестят,
Вот и скамья, на которой, обнявшись, сидели,
Голубь с голубкой на этой скамейке сидят.
Дом текстилей и Дом рабочих,
«Московский» – старый гастроном,
Цветут каштаны, между прочим,
Весною в городе моём.
Словно по весне скворцы,
Мчимся к берегу родному,
К родной земле, к родному дому,
Спешим хоть на денёк в Клинцы.
Вот наше озеро, только чуть-чуть обмелело,
Старые ивы ветвями на землю легли,
Здесь мы украдкой на наших девчонок глядели,
От них, повзрослевших, мы взгляд отвести
не могли.
Нет той беседки, в которой гитары звучали,
В наших квартирах, конечно же, кто-то живёт,
Лишь та девчонка, с которой в подъезде стояли,
Рядом по жизни, как ангел-хранитель, идёт.
«Центральный», «Зубовка», «Стодол» –
Из детства нашего районы,
На Солодовке – сосен кроны,
В лесу – уютный стадион.
Словно по весне скворцы,
Мчимся к берегу родному,
К родной земле, к родному дому,
Спешим хоть на денёк в Клинцы.
Мой городок провинциальный,
Нет сердцу города милей:
Дом советов, сквер «Центральный»
Со стаей сизых голубей.
А наши деды и отцы
В Клинцах прописаны навеки.
И мы, через моря и реки
Спешим хоть на денёк в Клинцы.